«Мы представляем клиентов в производствах, относящихся к White Collar Crime», — отмечает Татьяна Лисовец, старший партнер АК «Соколовский и Партнеры»

«Мы представляем клиентов в производствах, относящихся к White Collar Crime», — отмечает Татьяна Лисовец, старший партнер АК «Соколовский и Партнеры»

Газета «Юридическая практика», № 25-26 от 19 июня 2018 года 

Уголовная практика — одна из самых востребованных в юридическом бизнесе и динамично развивающихся. Какие тенденции наблюдаются в практике White Collar Crime, как на нее влияют последние изменения законодательства и как legal tech может помочь в защите прав клиента — об этом мы говорили с адвокатом Татьяной Лисовец, старшим партнером АК «Соколовский и Партнеры», руководителем судебной практики.

— Что нового в работу практикующего адвоката привнесли изменения в Уголовный процессуальный кодекс (УПК) Украины, так называемые маски-шоу стоп?

— Ожидать резкого улучшения ситуации после вступления в силу Закона № 2213-VIII было бы несколько наивно, хотя возможности для отстаивания прав клиентов расширились. От юристов теперь требуется более внимательный, я бы сказала, глубокий ­подход ко всем деталям процесса защиты.

Взять, например, новеллу, обязывающую следователя на любой стадии проведения обыска допустить защитника или адвоката. До этого правоохранители считали вопрос допуска своей дискрецией: хочу — пускаю, хочу — нет. Надо было быть очень настойчивым, упрямым, находчивым, чтобы преодолеть сопротивление и попасть к клиенту. Практикующие в уголовном праве адвокаты хорошо знакомы с подобными ситуациями. Сейчас следователь заинтересован в допуске, иначе результаты следственного действия будут признаны недопустимыми доказательствами. Однако нормы УПК не обязывают представителей правоохранительных органов инициировать оповещение и вызов защитника, не запрещая начинать процедуру без него. Об этом не стоит забывать. Поэтому новые правила бессмысленны без ходатайства обыскиваемого о привлечении адвоката.

— С введением обязательной аудио-, видеофиксации обыска стало ли легче адвокатам защищать клиентов?

— Эти нововведения, на мой взгляд, могут стать грозным оружием как в руках защитника, так и опытного следователя. То, что раньше не охватывалось протоколом, теперь надежно фиксируется. И это не только нарушения со стороны правоохранителей, но и обстоятельства, свидетельствующие не в пользу клиента. В моей практике было много случаев, когда рассказы испуганных сотрудников создавали большие проблемы для них самих и компаний-работодателей. Теперь последствия могут быть гораздо серьезнее. Особенно если обыск начался до приезда адвоката или обыскиваемые не ходатайствовали о его участии, неосуществление или неполное ведение записи на технические носители может стать просто подарком для защиты, ведь, согласно статье 107 УПК Украины, отсутствие технической фиксации процессуального действия в случае, если она обязательна, влечет за собой недействительность как самого действия, так и его результатов. К примеру, появляется реальная возможность вернуть изъятое.

— Какие изменения, на ваш взгляд, следовало бы внести в уголовный процесс?

— Из наболевшего. Одна из новелл (пункт 10 части 1 статьи 303 УПК Украины) предоставляет право обжаловать уведомление о подозрении. Она прописана таким образом, что я не вижу практического смысла ее применения для защиты клиентов по хозяйственным преступлениям. Следователи очень часто не спешат составлять уведомление о подозрении по статье 212 Уголовного кодекса (УК) Украины, да и по другим «коммерческим» статьям тоже. Как правило, оно вручается перед избранием лицу меры пресечения и наложением ареста на его имущество. Отсутствие уведомления директору не мешает заблокировать деньги на банковских счетах предприятия, в котором он работает. «Среднестатистический» предприниматель, узнав об открытии уголовного производства за уклонение от уплаты налогов, не спешит скрыться от следствия. Он пытается всеми способами спасти свой бизнес. Следователи это прекрасно понимают.

— Бизнесмен становится «вечным» свидетелем? Какой же выход?

— В принципе вы правы, хотя сейчас этот срок ограничен 12 или 18 месяцами (статья 219 УПК Украины) в зависимости от тяжести преступления. Стандартная ситуация: в отношении должностного лица компании открыто уголовное производство. В этом случае предприниматель будет находиться в статусе свидетеля до уведомления его о подозрении или задержания в качестве подозреваемого.

Данное положение фактически не дает возможности защищаться, собирать и представлять доказательства. Такими правами, согласно статье 20 УПК Украины, наделен подозреваемый, обвиняемый, оправданный и осужденный. То есть сторона защиты на досудебном следствии обладает достаточно серьезным инструментарием для получения доступа к доказательствам: это назначение экспертизы, инициирование проведения следственных действий, обжалование решений, действий и бездействия следователя, прокурора. А у свидетеля всего этого арсенала средств нет. Следователи и прокуроры, в свою очередь, стремятся собрать исключительно доказательства вины лица, игнорируя оправдывающие его факты. Они заинтересованы в сохранении такого положения дел, как можно дольше — до передачи дела в суд. После уведомления о подозрении и избрания меры пресечения человек сразу же извещается об окончании досудебного следствия. Такая практика очень распространена. И законодателю во избежание подобных злоупотреблений стоило бы создать реальную гарантию права на защиту. Скажем, установить с момента уведомления о подозрении срок в две недели, до истечения которого запрещено поднимать вопрос об окончании досудебного следствия.

— Расскажите, пожалуйста, об уголовной практике вашей компании.

— Уголовная практика у нас развивалась параллельно с налоговой. Начисления налоговых обязательств часто сопровождаются открытием уголовного производства по статье 212 УК Украины, а заявление суммы НДС к возмещению может повлечь за собой уголовное преследование по статье 191 УК (присвоение, растрата или покушение на присвоение государственного имущества путем злоупотребления служебным положением). Иногда эти дела правоохранители «усиливают» статьями 358 (подделка документов), 366 (служебный подлог) или переквалифицируют в статью 367 УК Украины (служебная халатность).

Так у нас и возникла уголовная практика. Сейчас мы представляем интересы клиентов в основном в производствах, возбужденных по хозяйственным и служебным преступлениям — White Collar Crime. Такие процессы отличаются необходимостью защиты не только должностных лиц (или конкретного предпринимателя), но и бизнеса в целом. В этом случае без хорошего знания и, главное, глубокого понимания налогового, гражданского, хозяйственного права и бизнес-процессов эффективно предоставлять правовую помощь невозможно.

Борьба должна идти «по всем фронтам». В уголовных производствах по уклонению от уплаты налогов необходимо обжаловать результаты налоговой проверки. Но это далеко не все. По моему глубокому убеждению, на досудебном следствии важно изначально занять активную позицию и «навязать» следователю свою «повестку дня». В протоколах допроса независимо от содержания вопросов и желания следователя должна быть обязательно зафиксирована информация, свидетельствующая в пользу клиента, без искажения и перекручивания. В протоколах обыска по возможности надо упомянуть максимум нарушений, позволяющих или вернуть изъятое, или впоследствии признать его недопустимым доказательством. Каждое значимое нарушение следователя, прокурора должно быть обжаловано следственному судье или как минимум процессуальному руководителю. И так далее и тому подобное.

Реализовать все это можно только при наличии сплоченной профессиональной команды единомышленников, выполняющих свою конкретную задачу, но работающих на общий результат. В этом нам помогают и наши клиенты. Они у нас подготовлены к действиям в нестандартных ситуациях.

— Какие инструменты донесения до клиентов азов защиты вы используете в своей работе?

— Раньше мы просто регулярно проводили тренинги в компаниях клиентов, периодически проверяли полученные знания и следили за наличием у них шаблонов заявлений и ходатайств на случай обыска. Подготовка к допросам также всегда была неотъемлемой частью комплекса защитных мероприятий.

В этом году мы разработали алгоритмы для чат-ботов — «Допрос свидетеля» и «Обыск». Сейчас они объединены в боте-агрегаторе «Адвокат в смартфоне». В электронных помощниках пошагово расписаны действия, необходимые для эффективной защиты. В частности, бот «Обыск» результативно помогает «продержаться» до нашего приезда. Мы всегда настаиваем, чтобы клиенты в спокойной обстановке «прошлись по нему» несколько раз. Советую юристам, не специализирующимся на уголовном праве, также использовать в своей работе таких «ассистентов». Недавно произошел забавный случай. Адвокату нашей компании сотрудники налоговой милиции сказали, что они тоже пользуются нашими ботами. Дай бог! Мы за всеобщее повышение уровня правовой культуры!

 

(Беседовала Марина БАХОЛДИНА, «Юридическая практика»)